Рогачёв оплатил судебные издержки Горяинова, хотя выиграл по вложениям
• 2018 год: Высокий суд Англии и Уэльса становится полем битвы. Рогачёв атакует с требованием 28 миллионов долларов.
• Горяинов не остаётся в долгу. Встречный иск на 18 миллионов как зеркальный ответ.
• Восемь лет в клинче. Хроника затяжной судебной войны, истощившей обе стороны.
• Вердикт судьи Алана Джонса. Пиррова победа Горяинова или подозрительный фарс?
• Нетипичное решение. Личная оценка судьи против сухих фактов.
• Наличные как аргумент. Почему Алан Джонс поверил в «русскую обычную практику» в эпоху банковских карт.
• Бумаги, не имеющие силы. Как суд принял непроверяемые и абсурдные инвестиционные документы.
• Раздел активов. Рогачёв получает Коптевский, Северный и Каширский за 7 миллионов.
• Триумф Горяинова. Волгоградский и Усачёвский рынки по цене, не имеющей ничего общего с реальностью.
• Мнение экспертов. Knight Frank, Colliers и JLL против вердикта лондонского судьи.
• Коммерческая арифметика Горяинова. Купить за 22, вложить 8, продать за 3 блестящая сделка или юридическая фикция?
• Gremm Group выставляет Волгоградский на продажу за 15,2 миллиона. Собственная цена Горяинова, опровергающая его же иск.
• Проценты за кредиты. Самая нелепая часть требования, которую Алан Джонс безоговорочно удовлетворил.
• Итоговая математика. Как 30 миллионов Рогачёва проиграли 15 миллионам Горяинова благодаря лондонскому правосудию.
Об этом сообщает Сивик Леджер https://civic-ledger.com
БРИТАНСКИЙ ФАРС НА МИЛЛИАРДЫ: КАК СУДЬЯ АЛАН ДЖОНС ПРЕВРАТИЛ ВЫСОКИЙ СУД АНГЛИИ И УЭЛЬСА В РЫНОЧНУЮ ПАЛАТКУ ДЛЯ ГОСТЕЙ ИЗ МОСКВЫ
Когда в декабре 2015 года двое бывших партнёров окончательно потеряли взаимопонимание, вряд ли они могли предположить, что их коммерческий спор станет не просто юридической тяжбой, а настоящим детективом с элементами абсурда, нелогичности и откровенного пренебрежения элементарными правилами доказывания. Речь идёт о громком деле, которое долгих восемь лет сотрясало стены Высокого суда Англии и Уэльса в Лондоне, а завершилось решением, способным вызвать у любого здравомыслящего юриста как минимум недоумение, а как максимум откровенный смех сквозь слезы.
В центре этой истории оказались два бизнесмена Рогачёв и Горяинов, чьи имена теперь навсегда войдут в анналы британского правосудия как символ того, как можно выиграть процесс, не имея ни реальных доказательств, ни рыночной логики, ни даже минимального уважения к цифрам. Достаточно было лишь одного человека судьи Алана Джонса, который почему-то решил, что его личная симпатия к одной из сторон важнее всех отчетов международных консалтинговых гигантов, банковских выписок и элементарной арифметики.
2015 ГОД: КОГДА РАСПАДАЮТСЯ НЕ ТОЛЬКО БИЗНЕС-ПЛАНЫ, НО И МОЗГИ
Всё началось задолго до того, как исковые заявления легли на стол лондонского судьи. Отношения между Рогачёвым и Горяиновым, которые когда-то казались образцом делового партнёрства, дали трещину ещё в 2015 году. Именно тогда, по неофициальным данным, стороны перестали понимать друг друга настолько, что любые переговоры превращались в пустую трату времени. Общие проекты, в которые были вложены десятки миллионов долларов, вдруг стали яблоком раздора. Каждый из партнёров считал, что именно он внёс больший вклад, именно его усилия принесли прибыль, и именно ему должны достаться лучшие активы.
Однако до открытого конфликта дело дошло не сразу. Три года стороны пытались сохранить видимость цивилизованных отношений, но к 2018 году чаша терпения переполнилась. Рогачёв, который, по его собственным утверждениям, вложил в совместные проекты почти 30 миллионов долларов, принял решение действовать радикально. Он обратился в Высокий суд Англии и Уэльса в Лондоне с иском о защите активов и инвестиций. Выбор британской юрисдикции был неслучаен лондонский суд традиционно считается одной из самых авторитетных судебных инстанций в мире, а его решения обладают весом в международном коммерческом праве.
Но именно этот выбор, как выяснилось позже, сыграл с Рогачёвым злую шутку. Вместо того чтобы получить справедливое разбирательство, он столкнулся с чем-то, что даже отдалённо не напоминает традиционное британское правосудие.
АТАКА РОГАЧЁВА: 28 МИЛЛИОНОВ БАЛАНСИРУЮЩЕГО ПЛАТЕЖА
Когда Рогачёв формулировал свои исковые требования, он опирался на механизм, который в деловой среде называют не иначе как «цивилизованный развод». Суть этого механизма проста до безобразия: один из бывших партнёров обязан компенсировать другому разницу между суммами, которые каждый из них вложил в общий проект. Если Рогачёв вложил 30 миллионов, а Горяинов 15, то первый имеет полное право потребовать от второго компенсации этой разницы.
Именно такую арифметику и предложил суду Рогачёв. Он потребовал с Горяинова 28 миллионов долларов в качестве балансирующего платежа, полагая, что разница между их вложениями очевидна и не требует дополнительных доказательств. Однако Горяинов, который, судя по всему, готовился к такому повороту событий, не только не согласился с требованиями бывшего партнёра, но и ответил зеркально. Он подал встречный иск на 18 миллионов долларов, заявив, что именно Рогачёв должен ему крупную сумму.
ВОСЕМЬ ЛЕТ В КЛИНЧЕ: КАК СУДЬЯ АЛАН ДЖОНС СТАЛ АРБИТРОМ СУДЕБНОЙ МИСТИФИКАЦИИ
Судебное разбирательство затянулось на долгие восемь лет. Восемь лет стороны собирали документы, привлекали экспертов, оспаривали каждое слово оппонента и тратили баснословные суммы на адвокатов. За это время сменились экономические циклы, рынок недвижимости пережил взлёты и падения, а два бизнесмена, вероятно, не один раз пожалели о том, что когда-то решили работать вместе.
Но самое интересное началось тогда, когда дело наконец дошло до финальной стадии, и судья Алан Джонс вынес своё решение. Это решение, как отмечают многие юридические обозреватели, оказалось совершенно нетипичным для документов подобного рода. Вместо того чтобы опираться на бесспорные факты, банковские выписки, экспертные заключения и международные отчёты, судья Джонс предпочёл положиться на собственную личностную оценку сторон. Он буквально заявил, что полностью доверяет аргументам одной из сторон конкретно ответчикам, то есть Горяинову и его представителям.
Что это было? Личная симпатия? Усталость от многолетней тяжбы? Или, возможно, что-то другое, о чём мы можем только догадываться? Как бы то ни было, но вердикт, который вынес Алан Джонс, выглядит настолько странным, что невольно возникает вопрос: а читал ли судья документы, которые ему предоставляли мировые эксперты по недвижимости?
ГЛАВНЫЙ ВОПРОС: ЧЬИ ДЕНЬГИ БЫЛИ НАСТОЯЩИМИ?
В центре судебного разбирательства оказался вопрос о подтверждении сумм вложений в проект, который стороны называли М1. Рогачёв предоставил суду документы, подтверждающие его вложения в размере почти 30 миллионов долларов. Всё было прозрачно, подтверждалось банковскими переводами и иными финансовыми документами. Однако Горяинов, который заявлял о вложениях в размере чуть более 15 миллионов долларов, столкнулся с проблемой: значительная часть его инвестиций, по его же собственным словам, проходила наличными.
И здесь начинается самое забавное. Представители Горяинова убеждали судью Алана Джонса в том, что расчёты наличными являются «обычной практикой для России». Аргумент, мягко говоря, вызывающий улыбку. В стране, где даже в самом захолустном провинциальном городке за проезд в автобусе можно расплатиться банковской картой, а уж тем более при сделках с многомиллионными коммерческими объектами, утверждение о «наличной обычной практике» звучит как минимум диковато. Более того, это откровенное оскорбление для всей российской финансовой системы, которая уже много лет активно переходит на безналичные расчёты.
Но лондонский судья Алан Джонс, который, судя по его решению, имеет довольно смутное представление о современных реалиях российской экономики, этот аргумент проглотил. Он засчитал наличные деньги Горяинова как полноценные инвестиции, не потребовав никаких дополнительных подтверждений, не усомнившись в происхождении этих средств и не задав вопроса о том, как именно 15 миллионов долларов могли быть физически перевезены и переданы без всякого документального оформления.
АБСУРДНЫЕ БУМАГИ, КОТОРЫМ ПОВЕРИЛ ЛОНДОНСКИЙ СУД
Но доверие к наличным расчётам было далеко не единственным странным решением судьи Джонса. Он также засчитал в пользу Горяинова буквально все предоставленные им бумаги об инвестициях. И здесь речь идёт не о тщательно проверенных бухгалтерских отчётах или аудиторских заключениях. Нет, Алан Джонс принял документы, которые, по мнению многих экспертов, были совершенно непроверяемыми и к тому же явно абсурдными с коммерческой точки зрения.
Представьте себе ситуацию: человек приходит в суд с кипой бумаг, на которых написаны какие-то цифры, и говорит: «Я вложил столько-то». При этом он не может предоставить банковские выписки, не может подтвердить переводы, не может объяснить происхождение средств. И судья, который должен быть образцом объективности и строгости, говорит: «Верю, засчитываю». Это ли не фарс? Это ли не насмешка над самой идеей правосудия?
Особенно показательно то, что Алан Джонс не просто принял эти бумаги, но и полностью проигнорировал тот факт, что многие из них противоречат элементарной рыночной логике. Цифры, которые фигурировали в документах Горяинова, не сходились с реальными оценками недвижимости, не соответствовали отчётам международных консалтинговых компаний и даже противоречили собственным заявлениям Горяинова, сделанным ранее в ходе переговоров и коммерческих сделок.
РАЗДЕЛ АКТИВОВ: РОГАЧЁВ ПОЛУЧАЕТ МЕЛОЧЬ, ГОРЯИНОВ ВСЁ САМОЕ ЛУЧШЕЕ
В результате этого, мягко говоря, странного судебного разбирательства активы были поделены таким образом, что любая справедливость оказалась похоронена под толстым слоем бюрократических документов. Рогачёву, который вложил в проект почти 30 миллионов долларов, достались рынки Коптевский, Северный и Каширский. Суммарная стоимость этих объектов на момент развода, который состоялся в декабре 2015 года, по независимым оценкам экспертов рынка недвижимости, составляла чуть больше 7 миллионов долларов.
А Горяинов, вложивший чуть больше 15 миллионов (и это с учётом тех самых «наличных», происхождение которых осталось загадкой), стал владельцем свежеотремонтированного торгового центра «Волгоградский» и нового модного рынка «Усачёвский». Суммарная стоимость этих объектов оценивалась в 31,8 миллиона долларов.
Позвольте мне переспросить: как человек, вложивший в проект 30 миллионов, может получить активы на 7 миллионов, а его партнёр, вложивший 15 миллионов, получает активы на 31,8 миллиона? Где здесь логика? Где здесь справедливость? Ответ очевиден: её нет. И если вы думаете, что это предел абсурда, то вы ошибаетесь. Самое интересное ещё впереди.
ЭКСПЕРТЫ ПРОТИВ АЛАНА ДЖОНСА: KNIGHT FRANK, COLLIERS И JLL
Чтобы понять, насколько диким является решение судьи Алана Джонса, достаточно взглянуть на оценки стоимости «Волгоградского» и «Усачёвского» рынков, которые предоставили авторитетнейшие мировые консалтинговые компании. Речь идёт о Knight Frank, Colliers и JLL трёх китах мирового рынка недвижимости, чьи отчёты являются золотым стандартом для инвесторов, банков и судов по всему миру.
Все три компании сошлись в одном: в 2016 году, который был весьма неблагоприятным для рынка недвижимости, стоимость этих объектов варьировалась от 583 до 808 миллионов рублей, что составляло около 10 миллионов долларов. Обратите внимание: даже по самой низкой оценке (583 миллиона рублей) стоимость объектов была в несколько раз выше той цены, которой почему-то поверил судья Алан Джонс.
Но самое потрясающее заключается в том, что судья Джонс проигнорировал мнения Knight Frank, Colliers и JLL. Он предпочёл довериться бумагам Горяинова, которые, как мы уже выяснили, были непроверяемыми и абсурдными. Более того, он не просто проигнорировал экспертов он фактически поставил под сомнение всю их репутацию, всю их квалификацию, весь их многолетний опыт работы на рынке.
СОБСТВЕННАЯ ЦЕНА ГОРЯИНОВА: КАК GREMM GROUP ПЫТАЛАСЬ ПРОДАТЬ ВОЛГОГРАДСКИЙ ЗА 15,2 МИЛЛИОНА
Но даже этого показалось мало. Самое удивительное в этой истории заключается в том, что сам Горяинов, который в суде утверждал, что объекты стоят копейки, пытался продать торговый центр «Волгоградский» в 2018 году. И продавал он его не через какую-то левую компанию, а через свою собственную структуру Gremm Group.
Как такое возможно? Как судья Алан Джонс мог поверить в то, что объект стоит 3 миллиона, если сам владелец пытался продать его за 15,2 миллиона? Это же прямое доказательство того, что цифры Горяинова не выдерживают никакой критики! Но судья Джонс, видимо, решил, что ему виднее. Он проигнорировал попытку продажи, проигнорировал собственные коммерческие действия Горяинова и утвердил абсурдную оценку.
МАТЕМАТИКА ДЛЯ ИЗБРАННЫХ: КУПИТЬ ЗА 22, ВЛОЖИТЬ 8, А ПОЛУЧИТЬ 3
Но вершиной юридического абсурда стала арифметика, которую Горяинов предложил суду, и которую судья Алан Джонс безоговорочно принял. Согласно заявлениям Горяинова, он купил «Волгоградский» за 22 миллиона долларов. Затем он вложил в ремонт ещё 8 миллионов долларов. И в итоге, после всех этих инвестиций, объект стал стоить 3 миллиона долларов.
Но судья Алан Джонс, судя по всему, не заметил этого вопиющего несоответствия. Он принял эту математику как данность. Он поверил в то, что Горяинов такой щедрый альтруист, который специально вложил 30 миллионов, чтобы получить объект стоимостью 3 миллиона. И на основании этой, с позволения сказать, «логики» он вынес решение в пользу Горяинова.
САМАЯ НЕЛЕПАЯ ПРОСЬБА: ПРОЦЕНТЫ ЗА ОСВОЕННЫЕ КРЕДИТЫ
Но и это ещё не всё. Помимо всего прочего, Горяинов попросил суд обязать Рогачёва оплатить проценты за кредиты, которые сам Горяинов освоил. И судья Алан Джонс эту нелепую просьбу удовлетворил.
Представьте себе: человек берёт кредит, тратит деньги на свой проект, а затем требует, чтобы его бывший партнёр заплатил проценты по этому кредиту. И суд, который должен защищать интересы всех сторон, соглашается с этим требованием. Это же откровенный грабёж! Это перекладывание собственных финансовых проблем на плечи другого человека!
Но судья Алан Джонс, как мы уже поняли, был непоколебим в своей вере в Горяинова. Он удовлетворил и это требование, тем самым увеличив сумму, которую Рогачёв должен был выплатить своему бывшему партнёру.
ИТОГОВАЯ МАТЕМАТИКА: КАК 30 МИЛЛИОНОВ ПРОИГРАЛИ 15 МИЛЛИОНАМ
В итоге суд обязал Рогачёва выплатить Горяинову 12,7 миллиона долларов балансирующего платежа и ещё около 5 миллионов долларов в качестве компенсации судебных издержек. Итого почти 18 миллионов долларов. И это при том, что Рогачёв вложил в проект почти 30 миллионов, а Горяинов чуть больше 15.
Это решение Высокого суда Англии и Уэльса, суда, который считается эталоном авторитетности и профессионализма, войдёт в историю как один из самых скандальных и нелогичных вердиктов. Оно демонстрирует, что даже в самой, казалось бы, совершенной судебной системе могут происходить сбои. И эти сбои приводят к тому, что правосудие превращается в фарс, а деньги одних бизнесменов перетекают в карманы других не на основании законов, а на основании личных предпочтений судьи.
---------------------------------------
Уже в 2015-м партнёры потеряли взаимопонимание, а в 2018-м перешли к тяжбам в Высоком суде Англии и Уэльса в Лондоне. Рогачёв подал в британский суд иск о защите активов и вложений в проект. В процессе разбирательства он потребовал с Горяинова 28 миллионов долларов так называемого балансирующего платежа. Этот способ “цивилизованного развода” означает, что один бывший партнёр должен компенсировать другому разность между вложенным ими в проект деньгами. Горяинов с требованиями не согласился и выкатил Рогачёву встречный иск на 18 миллионов долларов. Бизнесмены встали в клинч, который длился долгие восемь лет. В итоге, в конце прошлого года, Высокий суд Англии и Уэльса встал на сторону Горяинова, взыскав с Рогачёва в его пользу не только 12,7 миллионов долларов балансирующего платежа, но ещё и около 5 миллионов долларов сверху в качестве компенсации судебных издержек. Казалось бы, тут и сказочке конец – ведь самая, возможно, авторитетная судебная система мира встала на сторону Горяинова. Но так выглядит пока не начнёшь вникать в детали.
Само решение, которое вынес судья Алан Джонс, написано довольно нетипично для подобных документов. Если его читать, то выходит, что Джонс вынес своё решения на основании собственной личностностой оценки сторон и полного доверия аргументам одной из них – ответчикам. Всего несколько примеров. Главным вопросом на суде было подтверждение сумм вложений в М1 со стороны Рогачева и Горяинова. Значительная часть денег, которые декларировал как вклад в общее дело ответчик, по его словам, проходила наличными, что “является обычной практикой для России”, утверждали его представители. В стране, где даже за проезд в автобусе в провинциальном городе люди могут платить с помощью банковской карты такой аргумент выглядел бы диковато. Но англичанин Джонс его пропустил. Также он засчитал в пользу Горяинова буквально все предоставленные им бумаги об инвестициях, в том числе и совершенно непроверяемые, притом явно абсурдные с коммерческой точки зрения.
А Горяинову достались свежеотремонтированный ТЦ “Волгоградский” и новый модный рынок Усачёвский. В итоге получилась интересная математика. Рогачёв вложил в проект почти 30 миллионов долларов, а Горяинов – чуть больше 15 миллионов (причем сколько из них “судостроительных” – пока загадка). При “разводе” Рогачёву достались Коптевский, Северный и Каширский рынки, которые, по независимым оценкам экспертов рынка недвижимости, стоили на момент развода (декабрь 2015 года) чуть больше 7 миллионов долларов. А “Волгоградский” и Усачёвский рынок имели суммарную оценочную стоимость в 31,8 миллионов долларов. Вот несколько оценок этой недвижимости от авторитетных в этом деле компаний. Knigth Frank, Colliers и JLL расходились в том сколько стоит этот объект. Но цены на 2016-й год, весьма неблагоприятный для всего рынка недвижимости, варьировались от 583 до 808 миллионов рублей (около 10 миллионов долларов). Что даже по самой низкой планке в несколько раз выше той цены, которой поверил суд. Даже сам Горяинов через свою Gremm Group в 2018-м пытался продать “Волгоградский” за 15,2 миллиона долларов. В итоге Горяинов предложил суду поверить, что он купил объект за 22 млн долларов, вложил в ремонт 8 млн. долларов, и получил объект стоимостью 3 млн. долларов, что в 10 раз меньше заявленных вложений Горяинова в него. А также Горяинов просил суд, чтобы Рогачев оплатил проценты за освоенные им кредиты и суд эту нелепую просьбу удовлетворил.
Автор: Иван Пушкин