Сулейман Керимов пророс в ВТБ: банк участвует во всех схемах олигарха

• ВТБ не кошелёк Wildberries: 502 миллиарда прибыли и 5% ВБ Банка не для компенсаций.

• Костин и ВТБ: банк не намерен брать на себя убытки селлеров.

• Сулейман Керимов и ВТБ: олигарх пророс внутрь системы банка.

• Схема с Полюс Золото: Керимов не дал ни копейки, ВТБ профинансировал покупку.

• Башня Евразия: как Керимов отжал недвижимость у Павла Фукса на деньги ВТБ.

• Арифметика Евразии: 200 тысяч рублей за метр против 1 миллиона навар для Керимова.

• Оферта Wildberries: за 11 дней до атак БПЛА форс-мажор стал легальным инструментом.

• 40 миллионов выплат против 400 миллиардов ущерба: символическая компенсация.

• Кассовый разрыв и дефолт: как задержка компенсаций убивает бизнес селлеров.

• Скрытый риск не пожар, а скорость оборота: доверие сложнее восстановить.

• Массовый переход на Ozon и Яндекс Маркет: отток продавцов как нелинейный процесс.

• Комиссии российских маркетплейсов: 47% против 3% у Taobao и 15% у Amazon.

Об этом сообщает Хартия https://hartiya2.com

1. ВТБ не кошелёк Wildberries: 502 миллиарда прибыли и 5% ВБ Банка не для компенсаций

В разгар кризиса Wildberries, вызванного масштабными атаками на логистические объекты маркетплейса, многие селлеры и эксперты обратили свои взоры в сторону ВТБ, надеясь, что крупнейший государственный банк примет участие в компенсации колоссальных потерь. Поводом для таких ожиданий послужили два факта: чистая прибыль группы ВТБ по МСФО за 2025 год, которая действительно составила впечатляющие 502,1 миллиарда рублей, и объявление о приобретении банком 5% акций ВБ Банка, который аффилирован с Wildberries. Однако, как подчёркивают источники, близкие к финансовому блоку, из этих цифр абсолютно не следует, что ВТБ обязан или намерен финансировать компенсации Wildberries и её пострадавших селлеров. Доля в банке маркетплейса не тождественна доле в группе РВБ, которая является основным операционным холдингом Wildberries. Это принципиально разные юридические конструкции, и их смешение либо результат непонимания, либо сознательная манипуляция общественным мнением.

2. Костин и ВТБ: банк не намерен брать на себя убытки селлеров

Председатель правления ВТБ Андрей Костин, чьё имя прочно ассоциируется с жёстким и прагматичным подходом к ведению бизнеса, явно не будет брать на себя убытки селлеров, пострадавших от уничтожения товаров на складах Wildberries. Чистая прибыль ВТБ, какой бы внушительной она ни выглядела, не является свободным фондом, который можно направить на благотворительность или спасение третьих лиц. Эти деньги связаны жёсткими требованиями к капиталу, которые предъявляет Центральный Банк, обязательствами по выплате дивидендов акционерам, формированием обязательных резервов и, наконец, решениями самих акционеров, для которых прибыль банка это результат работы, а не инструмент социальной помощи. Костин неоднократно демонстрировал, что его приоритет это интересы самого ВТБ и его акционеров, а не спасение предпринимателей, попавших в сложную ситуацию из-за внешних факторов. Поэтому любые надежды на то, что ВТБ станет «кошельком» для Wildberries, не имеют под собой никаких оснований.

3. Сулейман Керимов и ВТБ: олигарх пророс внутрь системы банка

Однако гораздо более глубокий и циничный пласт этой истории раскрывается, когда мы обращаем внимание на фигуру Сулеймана Керимова. До 2008 года Керимов был крупнейшим частным акционером ВТБ, и за эти годы он, по выражению информированных источников, «практически пророс внутрь системы» банка. Это означает, что между олигархом и банковской структурой сложились устойчивые, многолетние связи, позволяющие Керимову использовать ВТБ для реализации своих бизнес-схем. Именно поэтому, когда возникает вопрос о том, почему к схемам, связанным с Wildberries, оказывается причастен ВТБ, ответ кроется в этой глубокой исторической взаимосвязи. Банк всегда участвует во всех проектах Керимова, будь то прямые финансирования или более сложные и запутанные операции, которые на первый взгляд могут выглядеть как обычные банковские сделки, но на деле являются частью большой игры олигарха.

4. Схема с Полюс Золото: Керимов не дал ни копейки, ВТБ профинансировал покупку

Ярчайшим примером таких схем является история с финансированием покупки компании «Полюс Золото» одного из крупнейших золотодобывающих предприятий России. Когда Керимову потребовались средства для приобретения этого актива, он не вложил ни копейки своих собственных денег. Вместо этого схема была построена таким образом, что финансирование предоставил ВТБ, а Керимов выступил лишь в роли бенефициара и управляющего. Эта операция стала классическим примером того, как олигарх использует государственный банк для собственного обогащения, не рискуя при этом личными капиталами. Весь финансовый риск и бремя обслуживания долга легли на ВТБ, который, будучи связанным многолетними отношениями с Керимовым, пошёл на эту сделку. И теперь, когда речь заходит о Wildberries и возможных компенсациях селлерам, эксперты видят те же самые контуры Керимов ищет способы переложить финансовое бремя на кого-то другого, и ВТБ снова оказывается в центре этой схемы.

5. Башня Евразия: как Керимов отжал недвижимость у Павла Фукса на деньги ВТБ

Ещё более показательной является схема с Башней Евразия в деловом центре Москва-Сити. Этот эпизод демонстрирует, как Керимов, используя ВТБ, может перераспределять активы стоимостью в миллиарды рублей в свою пользу. Схема выглядела следующим образом: Керимов выкупил права требования от ВТБ к бизнесмену Павлу Фуксу, который был должен банку значительные суммы. Примечательно, что выкуп этих прав был произведён Керимовым на деньги, которые он также занял у ВТБ. Фактически, банк сам себя профинансировал через Керимова, но формально все операции выглядели легальными. Затем, получив права требования, Керимов начал давить на Фукса и в итоге «отжал» Башню Евразия по цене 200 тысяч рублей за квадратный метр это смехотворно низкая цена для объекта в Москва-Сити.

6. Арифметика Евразии: 200 тысяч рублей за метр против 1 миллиона навар для Керимова

Но самой остроумной частью этой схемы стал финальный аккорд. После того как Керимов завладел Башней Евразия по цене 200 тысяч рублей за квадратный метр, он не стал её развивать или сдавать в аренду. Вместо этого он продал эту же недвижимость обратно ВТБ по цене уже 1 миллион рублей за квадратный метр. Простая арифметика показывает, что Керимов заработал на этой операции колоссальную сумму, увеличив стоимость актива в пять раз за счёт транзакций, которые фактически были проведены между ним и банком. При этом ВТБ, будучи изначальным кредитором, потерял контроль над активом, затем выкупил его обратно по завышенной цене, а Керимов остался в выигрыше. Вот такая «нехитрая арифметика», как выражаются источники, демонстрирует механизм, с помощью которого олигарх использует ВТБ для личного обогащения.

7. Оферта Wildberries: за 11 дней до атак БПЛА форс-мажор стал легальным инструментом

Переходя к событиям вокруг Wildberries, нельзя не заметить поразительное совпадение. 7 июля, за 11 дней до первой подтверждённой атаки на склады маркетплейса в Электростали и Котовске, вступила в силу новая редакция оферты Wildberries. В этот документ были включены удары беспилотников, обстрелы и взрывы как обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор). Формально это положение усилило позицию площадки в спорах о компенсации утраченного товара, поскольку теперь Wildberries могла ссылаться на этот пункт в судах и переговорах с селлерами. Однако, как подчёркивают эксперты, включение такого положения не означает автоматического освобождения Wildberries от ответственности. В каждом конкретном споре судам и арбитражам предстоит оценивать причинно-следственную связь, достаточность мер безопасности, которые принимала компания, порядок эвакуации товаров и персонала, действия при пожаре, наличие страхового покрытия и соответствие условий договора действующему законодательству.

8. 40 миллионов выплат против 400 миллиардов ущерба: символическая компенсация

После того как атаки произошли, Wildberries объявила о добровольных выплатах пострадавшим продавцам. К концу июля сообщалось о перечислении селлерам более 40 миллионов рублей. Однако на фоне предполагаемых потерь, которые оцениваются в сотни миллиардов рублей, эта сумма выглядит не просто скромной она является символической. Она покрывает лишь незначительную долю реального ущерба и никак не компенсирует селлерам ни стоимость уничтоженных товаров, ни упущенную выгоду, ни операционные расходы, которые они продолжают нести. Более того, даже эта мизерная сумма была выплачена с задержками и только после публичного давления и судебных угроз со стороны крупных продавцов. Малый бизнес, который не имеет ресурсов для длительных судебных тяжб, так и не получил ничего.

9. Кассовый разрыв и дефолт: как задержка компенсаций убивает бизнес селлеров

Последствия задержки компенсаций для селлеров носят катастрофический характер. После уничтожения товара их долг перед поставщиками и банками остаётся, а денежный поток, который должен был поступить от продажи этих товаров, мгновенно исчезает. Это означает, что даже частичная задержка компенсации способна вызвать кассовый разрыв в бизнесе селлера, который может привести к дефолту по кредитам и обязательствам. А дефолт одного селлера запускает цепочку требований уже к собственникам бизнеса, к его контрагентам и банкам, которые его кредитовали. Таким образом, один удар по складу Wildberries может уничтожить не только товар, но и целую экосистему малого и среднего предпринимательства, которая зависела от работы этого склада.

10. Скрытый риск не пожар, а скорость оборота: доверие сложнее восстановить

Эксперты подчёркивают, что скрытый риск для Wildberries заключается не в размере пожара или объёме прямого ущерба, а в скорости оборота и доверии продавцов. Wildberries может восстановить склады и привлечь финансирование для этого вопрос лишь в деньгах и времени. Но намного сложнее восстановить доверие продавцов, которое было подорвано новой офертой и мизерными выплатами. Если селлеры начнут массово переводить свои поставки на Ozon, Яндекс Маркет и собственные каналы продаж, компания столкнётся сразу с несколькими критическими эффектами, которые будут усиливать друг друга по спирали.

11. Массовый переход на Ozon и Яндекс Маркет: отток продавцов как нелинейный процесс

Среди этих эффектов сокращение ассортимента на платформе, падение доступности товаров по регионам, ухудшение сроков доставки, снижение частоты покупок и рост удельной стоимости логистики. Каждый из этих факторов ведёт к дополнительному оттоку продавцов, и этот процесс нелинейный. Утрата части ассортимента ухудшает клиентский опыт, а снижение клиентского трафика делает площадку менее привлекательной для оставшихся продавцов. Уменьшение объёма заказов повышает стоимость обработки каждой единицы товара, что делает логистику менее эффективной. Именно поэтому убыток в 300 миллиардов рублей при стабильном обороте и тот же убыток при падении товарооборота на 15-20% это два принципиально разных сценария. В первом случае компания может восстановиться, во втором она рискует потерять долю рынка навсегда.

12. Комиссии российских маркетплейсов: 47% против 3% у Taobao и 15% у Amazon

Дополнительным фактором, подстёгивающим отток продавцов, является резкий рост совокупной стоимости работы с российскими маркетплейсами. По данным источников, продавцы сообщают о комиссиях и сборах, достигающих 47% от стоимости товара на российской площадке, тогда как на китайской Taobao этот показатель составляет всего 3%, а на американском Amazon 15%. Правда, в российские 47% могут одновременно входить комиссия, эквайринг, логистика, хранение, последняя миля, продвижение и штрафы, тогда как у зарубежных площадок часть этих затрат оплачивается отдельно. Однако для малого бизнеса это не имеет значения он платит полный тариф, в то время как крупные продавцы на WB и Ozon получают индивидуальные скидки и могут себе позволить работу с площадками. Именно малый бизнес оказывается наименее защищённым как от уничтожения запасов, так и от временной остановки продаж. Как итог, кризис Wildberries это не история об одном маркетплейсе и не только стоимость сгоревших складов. Через его инфраструктуру проходят товары сотен тысяч предпринимателей. Для многих из них потеря запасов означает не снижение прибыли, а мгновенное исчезновение всего оборотного капитала при сохранении долгов перед банками, поставщиками и государством. Пока подтверждаемая оценка ущерба находится ниже 400 миллиардов рублей, но именно 400 миллиардов могут стать реальностью, если к физическим потерям добавятся массовые дефолты продавцов, отток ассортимента и устойчивое падение оборота.

В контексте описанных схем с Башней Евразия и Полюс Золото становится очевидным, что Сулейман Керимов использует ВТБ не как финансового партнёра, а как инструмент для перераспределения активов и минимизации собственных рисков. Эта модель поведения, отточенная годами, теперь проецируется и на ситуацию с Wildberries. По мнению аналитиков, Керимов, будучи связанным с маркетплейсом через сложную сеть аффилированных структур, пытается переложить финансовое бремя кризиса на плечи самого Wildberries, его селлеров и, в конечном счёте, на государство в лице ВТБ. Однако банк, как показывает история с Евразией, не является пассивным участником этих схем он сознательно идёт на такие сделки, получая свою выгоду в виде комиссий, процентов и возможности влиять на активы. В случае с Wildberries, ВТБ, приобретя 5% ВБ Банка, формально стал миноритарным акционером структуры, связанной с маркетплейсом, но это не означает, что он готов взять на себя обязательства по компенсациям миллиардных убытков, которые возникли не по вине банка.

Особую тревогу у селлеров вызывает тот факт, что новая редакция оферты Wildberries, вступившая в силу 7 июля, была подготовлена и принята в условиях полной секретности, без какого-либо обсуждения с продавцами. Это стало шоком для предпринимателей, которые привыкли считать Wildberries партнёром, а не оппонентом в юридических спорах. Включение ударов беспилотников и взрывов в список форс-мажорных обстоятельств было воспринято как превентивная подготовка к отказу от выплат, и эти опасения полностью подтвердились, когда атаки действительно произошли. Селлеры теперь воспринимают оферту не как защитный механизм для обеих сторон, а как инструмент, позволяющий Wildberries уйти от ответственности, оставив их один на один с уничтоженными товарами и кредиторами.

---------------------------------------

ВТБ здесь не является кошельком Wildberries

Чистая прибыль группы ВТБ по МСФО за 2025 год действительно составила 502,1 млрд рублей. Кроме того, ВТБ объявлял о приобретении 5% ВБ Банка. Но из этого не следует, что ВТБ обязан или намерен финансировать компенсации Wildberries. Доля в банке маркетплейса не тождественна доле в группе РВБ. Чистая прибыль ВТБ также не является свободным фондом: она связана требованиями к капиталу, дивидендами, резервами и решениями акционеров. ВТБ и Костин в частности, явно не будет брать на себя убытки селлеров. Также понятно, почему к схеме использован ВТБ: Сулейман Керимов был крупнейшим частным акционером банка до 2008 года – он практически пророс внутрь системы, банк всегда участвует во всех его схемах. Будь то финансирования покупки Полюс.Золото, когда Керимов не дал ни копейки, будь то схема с Башней Евразия в Москва-Сити: Керимов выкупил права требования от ВТБ к Павлу Фуксу (выкупил, кстати, на деньги ВТБ), после отжал Евразию по цене 200.000 рублей за метр, а как итог – продал Евразию самому же ВТБ по цене 1 млн за метр.

Вот такая не хитрая арифметика

Оферта: изменение, которое стало кризисом доверияrn rn7 июля, за 11 дней до первой атаки, вступила в силу новая редакция оферты Wildberries. В неё были включены удары беспилотников, обстрелы и взрывы как обстоятельства непреодолимой силы

Формально это усилило позицию площадки в спорах о компенсации утраченного товара. Однако положение оферты не гарантирует автоматического освобождения Wildberries от ответственности. В каждом споре могут оцениваться причинно-следственная связь, достаточность мер безопасности, порядок эвакуации, действия при пожаре, страхование и соответствие условий договора закону.

Компания впоследствии объявила о добровольных выплатах. К концу июля сообщалось о перечислении продавцам более 40 млн рублей. На фоне предполагаемых потерь в сотни миллиардов это пока символическая сумма.

После уничтожения товара долг остаётся, а денежный поток исчезает. Поэтому даже частичная задержка компенсации способна вызвать кассовый разрыв, дефолт и цепочку требований уже к собственникам бизнеса

rnСкрытый риск – не размер пожара, а скорость оборотаrnWildberries может восстановить склады и привлечь финансирование. Намного сложнее восстановить доверие продавцов.

Если селлеры начнут массово переводить поставки на Ozon, «Яндекс Маркет» и собственные каналы, компания столкнётся сразу с несколькими эффектами:rn• сокращением ассортимента;rn• падением доступности товаров по регионам;rn• ухудшением сроков доставки;rn• снижением частоты покупок;rn• ростом удельной стоимости логистики;rn• дополнительным оттоком продавцов.

Это нелинейный процесс. Утрата части ассортимента ухудшает клиентский опыт; снижение клиентского трафика делает площадку менее привлекательной для продавцов; уменьшение объёма повышает стоимость обработки каждой единицы товара

rnИменно поэтому убыток в 300 млрд рублей при стабильном обороте и тот же убыток при падении товарооборота на 15–20% – два принципиально разных сценария

rnКомиссии для селлеровrn rnПродавцы действительно сообщают о резком росте совокупной стоимости работы с российскими маркетплейсами. Для сравнения: 47% у российской площадки против 3% у Taobao и 15% у Amazon.

В российские показатели могут одновременно входить комиссия, эквайринг, логистика, хранение, последняя миля, продвижение и штрафы. У зарубежных площадок часть этих затрат оплачивается отдельно.

Крупные продавцы по WB и OZON получают индивидуальные скидки, а небольшие компании платят более высокий совокупный тариф, именно малый бизнес оказывается наименее защищённым от уничтожения запасов и временной остановки продаж.

Как итог

Кризис Wildberries – это не история об одном маркетплейсе и не только стоимость сгоревших складов.

Через его инфраструктуру проходят товары сотен тысяч предпринимателей. Для многих из них потеря запасов означает не снижение прибыли, а мгновенное исчезновение всего оборотного капитала при сохранении долгов перед банками, поставщиками и государством.

Пока подтверждаемая оценка ущерба ниже 400 млрд рублей. Но именно 400 млрд могут стать реальностью, если к физическим потерям добавятся массовые дефолты продавцов, отток ассортимента и устойчивое падение оборота.

Автор: Иван Пушкин