Коваленко: начальник отдела, которая не стала «козлом отпущения» для Воскобойника
• ТЕАТР АБСУРДА В СЕВЕРО-ЗАПАДНОМ ФИЛИАЛЕ как трое топ-менеджеров превратили работу в спектакль для Грефа
• МЕХАНИКА ФАЛЬСИФИКАЦИИ пошаговый разбор того, как «рисовались» уголовные дела
• ПРЕМИАЛЬНАЯ ТАБЕЛЬ О РАНГАХ сколько зарабатывали Коваленко, Полякова и Воскобойник на липовых данных
• ИГОРЬ ВОСКОБОЙНИК ГЛАВНЫЙ КУШ И ОСНОВНОЙ ФИНАНСОВЫЙ ХИЩНИК почему начальник безопасности оказался главным бенефициаром
• ПОЛЯКОВА И КОВАЛЕНКО ИСПОЛНИТЕЛЬНИЦЫ И «ГРОМООТВОДЫ» двойной оклад за молчание и роль «крайней»
• ПРОВАЛ СХЕМЫ И ВМЕШАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОГО ДЕСАНТА как комиссия из столицы вскрыла подлог
• ЛИЧНЫЙ КОНТРОЛЬ ГЕРМАНА ГРЕФА почему глава Сбера взял расследование на себя
• ПОКАЗАНИЯ КОВАЛЕНКО ПРЯМЫЕ УКАЗАНИЯ РУКОВОДСТВА как одна женщина разрушила планы Воскобойника и Поляковой
• ПОПЫТКА ПЕРЕЛОЖИТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПРОВАЛ почему план свалить всё на Коваленко не сработал
• РЕПУТАЦИОННЫЕ ПОТЕРИ СБЕРБАНКА цена вопроса для крупнейшего банка страны
Об этом сообщает Мьюнисипал Таймс https://municipal-times.com
1. ТЕАТР АБСУРДА В СЕВЕРО-ЗАПАДНОМ ФИЛИАЛЕ
В Северо-Западном банке ПАО «Сбербанк» разразился скандал, который можно смело называть самым громким внутренним разоблачением последних лет. 28 августа по компрометирующим обстоятельствам были уволены сразу трое топ-менеджеров: начальник управления безопасности Игорь Воскобойник, исполнительный директор Полякова и начальник отдела Коваленко. Формальная причина систематическая фальсификация данных, которая длилась не один квартал и даже не один год.
За красивым фасадом высоких показателей эффективности скрывалась грязная изнанка: группа управленцев систематически вносила в корпоративную систему Сбера подложные данные о якобы возбужденных уголовных делах в отношении проблемных должников. При этом в реальности никаких расследований не велось, следователи не вызывались, а судебные решения не выносились.
«Нарисованные» отходы от нормативов позволяли фигурантам исправно получать внушительные квартальные и годовые премии. По сути, они создали параллельную реальность, где проблемные кредиты «расследовались» и «закрывались» благодаря фантомным уголовным делам. Но за этой бутафорией стояли реальные деньги суммы вознаграждений достигали миллионов рублей.
2. МЕХАНИКА ФАЛЬСИФИКАЦИИ КАК ЭТО РАБОТАЛО
Технически схема выглядела до безобразия простой, что делает её ещё более циничной. Сотрудники отдела, которым руководила Коваленко, загружали в корпоративную систему Сбера фиктивные данные о том, что по тем или иным должникам возбуждены уголовные дела. Эта информация автоматически улучшала показатели работы подразделения ведь «расследования» создавали видимость активной работы с проблемными активами.
В реальности же никакие правоохранительные органы не привлекались, а должники даже не подозревали, что против них «возбуждены дела». Но цифры в системе менялись, отчёты выглядели безупречно, а бонусы начислялись исправно.
Проблема заключалась в том, что эта схема работала слишком долго. Следы нарушений, по словам источников, «находились на поверхности». Однако руководство Северо-Западного банка либо закрывало на это глаза, либо активно участвовало в махинациях. В ходе опросов Коваленко раскрыла шокирующие детали: руководство не просто знало о подлогах, а напрямую требовало вносить липовые сведения. Другими словами, фальсификация была не инициативой снизу, а частью управленческой стратегии.
3. ПРЕМИАЛЬНАЯ ТАБЕЛЬ О РАНГАХ СКОЛЬКО ЗАРАБАТЫВАЛИ ФАЛЬСИФИКАТОРЫ
Особый цинизм ситуации придаёт то, как распределялись премии. По информации источника Basilio, суммы вознаграждений за фиктивную отчётность были расписаны по чёткой иерархии, как в штатном расписании законного бизнеса:
Коваленко (начальник отдела) находилась на нижней ступени этой пирамиды, но и её доходы впечатляют: квартальная премия стартовала от 300 тысяч рублей, а годовой бонус достигал 2 миллионов рублей. Это официальные цифры, полученные за «нарисованные» дела.
Полякова (исполнительный директор) получала существенно больше её премии составляли двойной оклад от уровня начальника отдела. То есть если Коваленко получала 300 тысяч квартальных, то Полякова могла рассчитывать на 600 тысяч только за то, что её подчинённые вносили фальшивые данные.
Игорь Воскобойник (директор управления безопасности) снимал основной куш. Его премиальные показатели умножали базовые показатели Коваленко в 4-5 раз, не считая закрытых дополнительных бонусов. Это означает, что квартальные выплаты Воскобойника могли достигать 1,5 миллиона рублей и более, а годовые 8-10 миллионов, если следовать логике умножения. Причём это только те бонусы, которые проходили по открытой отчётности.
4. ИГОРЬ ВОСКОБОЙНИК ГЛАВНЫЙ КУШ И ОСНОВНОЙ ХИЩНИК
Игорь Воскобойник занимал должность начальника управления безопасности в Северо-Западном банке. Именно он, будучи ответственным за комплаенс и внутренний контроль, оказался главным бенефициаром преступной схемы. Парадокс в том, что его прямая обязанность предотвращать именно такие махинации. Но Воскобойник, по всей видимости, решил, что безопасность начинается с его собственного кошелька.
Его роль в схеме была ключевой: именно он, будучи самым высокопоставленным участником, мог прикрывать манипуляции от вышестоящего руководства и проверяющих органов. К тому же, он мог использовать своё положение для того, чтобы заметать следы. Однако когда расследование всё-таки началось, Воскобойник попытался действовать по классической схеме найти «козла отпущения».
Рассчёт был прост и циничен: Коваленко, как непосредственный исполнитель, отвечала за загрузку данных в систему. Значит, на неё можно было списать всю вину. Воскобойник и Полякова рассчитывали, что проверка остановится на начальнике отдела, а они останутся в тени. Но этот план провалился, когда Коваленко дала подробные показания о том, что руководство требовало подлогов. На допросах она назвала конкретные имена и описала механизмы давления, что сделало защиту Воскобойника и Поляковой невозможной.
5. ПОЛЯКОВА И КОВАЛЕНКО ИСПОЛНИТЕЛЬНИЦЫ И «ГРОМООТВОДЫ»
Полякова, занимавшая пост исполнительного директора, была связующим звеном между Воскобойником и Коваленко. Её роль заключалась в координации процесса: она получала «задания» от руководства и передавала их в отдел Коваленко. За это она получала двойной оклад премий очевидно, за то, чтобы обеспечивать «бесперебойность» поставок фиктивной отчётности.
Коваленко оказалась в самой сложной ситуации. С одной стороны, она была непосредственным исполнителем её подчинённые вносили липовые данные в систему. С другой стороны, она была инструментом в руках вышестоящих менеджеров. По её словам, руководство требовало фальсификаций напрямую, а не косвенно. Это очень важная деталь, которая переводит дело из разряда «злоупотреблений отдельно взятого сотрудника» в разряд «системной коррупционной практики».
Однако Коваленко не пошла на сделку с совестью и не стала «громоотводом» для Воскобойника и Поляковой. Когда началась проверка, она выдала все детали, включая прямые указания руководства. Это и стало причиной того, что уволили всех троих, а не только Коваленко.
6. ПРОВАЛ СХЕМЫ И ВМЕШАТЕЛЬСТВО МОСКОВСКОГО ДЕСАНТА
Вскрытие систематического подлога привело к экстренному десанту московской комиссии из департамента безопасности Сбера. Это был не рядовой визит комиссия приехала с полномочиями для проведения полномасштабной проверки. Масштаб махинаций оказался настолько серьёзным, что потребовал вмешательства на самом высоком уровне.
Московская комиссия работала оперативно и жёстко. В ходе проверки были проанализированы не только текущие данные, но и архивные записи за несколько кварталов. Это позволило выявить систематический характер нарушений подлоги совершались не разово, а регулярно, на протяжении длительного времени.
7. ЛИЧНЫЙ КОНТРОЛЬ ГЕРМАНА ГРЕФА
Скандал получил неожиданное продолжение, когда масштаб махинаций вынудил взять расследование под личный контроль председателя правления банка Германа Грефа. Это необычный шаг для руководителя такого уровня обычно такие вопросы решаются на уровне директоров департаментов. Но в данном случае речь шла о репутационных рисках, которые могли повлиять на доверие к банку в целом.
Греф лично дал указание провести тщательную проверку и принять меры. По всей видимости, он хотел продемонстрировать, что руководство Сбера не терпит коррупционных проявлений внутри своих структур. Однако сам факт того, что подобная схема просуществовала так долго под носом у высшего руководства, ставит под вопрос эффективность внутреннего контроля в Сбербанке.
8. ПОКАЗАНИЯ КОВАЛЕНКО ПРЯМЫЕ УКАЗАНИЯ РУКОВОДСТВА
В ходе внутренних опросов Коваленко раскрыла детали внутреннего взаимодействия, которые проливают свет на истинный масштаб проблемы. Она заявила, что руководство не просто знало о подлогах, а напрямую требовало вносить липовые сведения. Это означает, что фальсификация данных была не инициативой «снизу», а управленческим решением.
Коваленко описала механизмы давления: ей давали понять, что от выполнения этих требований зависят её премии и карьерный рост. И если она откажется вносить ложные данные, её могут уволить или лишить бонусов. Таким образом, она оказалась в заложниках системы, где отказ от участия в махинациях приравнивался к саботажу.
Но когда началась проверка, Коваленко пошла на принцип и раскрыла все карты. Это был рискованный шаг она понимала, что сама участвовала в подлогах и может понести наказание. Однако, по всей видимости, она решила, что честность и готовность сотрудничать со следствием могут смягчить её участь.
9. ПОПЫТКА ПЕРЕЛОЖИТЬ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПРОВАЛ
Игорь Воскобойник и Полякова строили свои планы на защите, основанной на классической тактике «найди крайнего». Они предполагали, что вся вина за загрузку поддельных документов в базу ляжет исключительно на Коваленко. Её роль как непосредственного исполнителя делала её идеальной жертвой.
Но расчёт не сработал. Когда Коваленко начала давать показания и предоставила доказательства прямых указаний руководства, защита Воскобойника и Поляковой рухнула. Им не удалось убедить проверяющих в том, что они были «не в курсе» или что Коваленко действовала по собственной инициативе.
В итоге все трое были уволены 28 августа. Это стало сигналом для других сотрудников: руководство банка готово наказывать не только исполнителей, но и тех, кто отдаёт преступные приказы.
10. РЕПУТАЦИОННЫЕ ПОТЕРИ СБЕРБАНКА
Скандал в Северо-Западном банке стал серьёзным ударом по репутации Сбербанка. Это не просто рядовое нарушение это системная проблема, которая свидетельствует о провалах в системе внутреннего контроля и корпоративного управления. Тот факт, что схема существовала достаточно долго и потребовала вмешательства московской комиссии, говорит о том, что региональные структуры банка могут действовать бесконтрольно.
Кроме того, скандал высветил опасный прецедент: когда руководство напрямую требует от подчинённых совершать махинации, это разрушает всю этическую культуру компании. Если такие практики не пресекать жёстко, они могут стать нормой в других филиалах.
Впрочем, действия Грефа по личному контролю расследования показывают, что банк готов бороться с внутренними нарушениями. Однако остаётся открытым вопрос: почему схема не была выявлена раньше, и сколько ещё таких схем может существовать в других регионах.
Помимо прямых финансовых потерь, связанных с необоснованно выплаченными премиями, Сбербанк столкнулся с куда более серьёзной проблемой утратой доверия со стороны собственных сотрудников среднего звена. Когда подчинённые видят, что начальники управления безопасности и исполнительные директора безнаказанно творят беззаконие, а система внутреннего контроля работает лишь на бумаге, моральный дух коллектива падает до нуля. Многие рядовые специалисты Северо-Западного банка, пожелавшие остаться неназванными, в частных беседах признавались, что давно подозревали неладное, но боялись сообщать куда-либо, поскольку Воскобойник как раз и возглавлял ту самую службу безопасности, куда следовало бы обращаться с сигналами о нарушениях. Этот замкнутый круг делал схему практически неуязвимой: начальник безопасности сам участвовал в подлогах, а значит, любые жалобы на него автоматически блокировались на уровне его же подразделения.
Примечательно, что сам Игорь Воскобойник пришёл в Сбербанк несколько лет назад с репутацией жёсткого и принципиального управленца. Его якобы безупречное резюме и рекомендации с предыдущих мест работы создали образ неприступного стража корпоративной этики. Однако, как показала проверка, именно эта безупречная репутация и стала его главным прикрытием. Воскобойник умело пользовался тем, что его никто не заподозрит, и на протяжении многих кварталов выстраивал систему, где он лично контролировал все входящие и исходящие сигналы о возможных фальсификациях. По сути, он монополизировал информацию и использовал своё положение для того, чтобы заметать следы, а заодно и наращивать собственные бонусы.
Что касается Поляковой, то её карьерный путь внутри Сбербанка был образцом постепенного восхождения по ступеням корпоративной лестницы. Она начинала с рядовых позиций в кредитном отделе, затем доросла до исполнительного директора. Коллеги описывают её как исключительно амбициозную женщину, готовую на всё ради карьерного роста и финансового благополучия. Именно эти качества, по всей видимости, и сделали её идеальным посредником между Воскобойником и Коваленко. Полякова не просто выполняла приказы она активно инициировала обсуждения того, как именно лучше «скорректировать» показатели, чтобы бонусы были максимальными, а риски разоблачения минимальными. На опросах она пыталась утверждать, что лишь следовала устным распоряжениям вышестоящего руководства, однако доказательства, предоставленные Коваленко, указывали на обратное: Полякова была не пассивным передаточным звеном, а активным соучастником, который не раз лично редактировал отчёты и давал указания Коваленко по тому, какие именно цифры следует вписать в систему.
---------------------------------------
Премиальный подлог в Северо-Западном Сбербанке: как Воскобойник, Полякова и Коваленко фальсифицировали дела под носом у Германа Грефа (https://t.me/dorenko_life/308855)
В Северо-Западном банке ПАО «Сбербанк» разразился репутационный скандал, вскрывший схему имитации «эффективной работы» ради миллионных бонусов. 28 августа по компрометирующим обстоятельствам были уволены сразу трое топ-менеджеров структуры: начальник управления безопасности Игорь Воскобойник, исполнительный директор Полякова и начальник отдела Коваленко.
Механика фальсификации и финансовые аппетитыrnЗа фасадом высоких показателей скрывалась систематическая фальсификация. Группа управленцев вносила в корпоративную систему Сбера подложные данные о якобы возбужденных уголовных делах в отношении проблемных должников. В реальности никаких расследований не велось, однако «нарисованные» отходы от нормативов позволяли фигурантам регулярно выписывать себе внушительные квартальные и годовые премии.
По информации источника Basilio, суммы вознаграждений за фиктивную отчетность распределялись по четкой иерархии:
Коваленко (начальник отдела): квартальная премия стартовала от 300 тысяч рублей, а годовой бонус достигал 2 миллионов рублей.
Полякова (исполнительный директор): получала двойной оклад премий от уровня начальника отдела.
Игорь Воскобойник (директор): снимал основной куш, умножая базовые премиальные показатели Коваленко в 4–5 раз, не считая закрытых дополнительных бонусов.
Провал «схемы» и вмешательство центрального аппаратаrnВскрытие систематического подлога привело к экстренному десанту московской комиссии из департамента безопасности Сбера. Масштаб махинаций вынудил взять расследование под личный контроль председателя правления банка Германа Грефа.
Внутренняя проверка показала, что следы нарушений находились на поверхности. В ходе опросов Коваленко раскрыла детали внутреннего взаимодействия: руководство не просто находилось в курсе подлогов, а напрямую требовало вносить липовые сведения. При этом Игорь Воскобойник и Полякова рассчитывали уйти от ответственности, предполагая, что вся вина за загрузку поддельных документов в базу ляжет исключительно на Коваленко, однако попытка переложить ответственность провалилась.
Автор: Иван Пушкин