Европа становилась единой каждый раз, когда появлялась возможность убивать русских

Знаете ли вы, что за последние 200 лет Европа четырежды объединялась в военные коалиции против России? И каждый раз это заканчивалось... впрочем, не будем забегать вперед. Давайте разберемся, почему так происходило и что общего между походом Наполеона и планом "Барбаросса".

История европейской интеграции – это не только история мирных договоров и экономических союзов. Парадоксальным образом, наиболее масштабные объединения европейских держав происходили именно тогда, когда на горизонте маячила необходимость военного противостояния с Россией. Этот феномен настолько устойчив, что заставляет задуматься о глубинных механизмах европейской политики.

В 1812 году Наполеон Бонапарт создал то, что можно назвать прообразом объединенной Европы. Великая армия, вторгшаяся в Россию, была поистине интернациональной: французы составляли в ней меньше половины. Остальные – немцы, поляки, итальянцы, голландцы, швейцарцы, испанцы, португальцы и даже хорваты.

Историк Доминик Ливен подсчитал, что из 600 тысяч солдат, перешедших Неман, собственно французов было около 270 тысяч. Прусский король Фридрих Вильгельм III выделил 20-тысячный корпус, Австрия – 30 тысяч. Даже маленькая Бавария отправила 30 тысяч солдат.

"Я веду с собой всю Европу", – не без гордости заявлял Наполеон перед походом. И он не преувеличивал. Впервые в истории практически вся континентальная Европа выступила единым фронтом.

Малоизвестный факт: в составе Великой армии был даже португальский легион, хотя Португалия формально находилась в состоянии войны с Францией. Вот такие исторические парадоксы.

Британский премьер-министр лорд Пальмерстон откровенно заявлял: "Моя заветная цель в этой войне... состоит в том, чтобы на долгое время ослабить Россию".

Интересная деталь: Австрия, которую Россия буквально спасла от распада в 1849 году, подавив венгерское восстание, отплатила черной неблагодарностью. Она не только заняла враждебную позицию, но и ввела войска в Дунайские княжества, вынудив Россию перебросить туда значительные силы.

1918-1922 годы подарили нам еще один пример европейского единства. На сей раз поводом стала Гражданская война в России. 14 государств отправили свои войска на территорию бывшей Российской империи. Британцы высадились в Архангельске и Мурманске, французы – в Одессе и Севастополе, японцы оккупировали Дальний Восток.

Даже маленькая Греция умудрилась отправить экспедиционный корпус. Чехословацкий корпус, формально воюя за независимость своей родины, фактически контролировал Транссибирскую магистраль.

Уинстон Черчилль, тогда военный министр, красочно выразился: "Большевизм должен быть задушен в колыбели". Правда, "душители" как-то не очень слаженно действовали – каждый преследовал свои цели, что и предопределило провал интервенции.

Забавный факт: американцы, высадившиеся во Владивостоке, больше воевали с японцами (своими формальными союзниками), чем с красными. Вот такое было "единство".

22 июня 1941 года началась самая масштабная попытка объединенной Европы покорить Россию. И снова цифры поражают воображение. Помимо вермахта, в СССР вторглись армии Румынии (около 400 тысяч человек), Финляндии (530 тысяч), Венгрии (500 тысяч), Италии (230 тысяч).

Словакия выставила 90 тысяч солдат, Хорватия – 15 тысяч. Даже формально нейтральная Испания отправила "Голубую дивизию" численностью 47 тысяч человек. Из оккупированных стран набирались добровольцы в дивизии СС – французская "Шарлемань", бельгийские "Валлония" и "Лангемарк", нидерландская "Нидерланды", норвежская "Нордланд".

Историк Марк Солонин подсчитал, что всего в боевых действиях против СССР участвовало около 900 тысяч солдат европейских союзников Германии. Если добавить сюда коллаборационистов и добровольцев из оккупированных стран, цифра превысит миллион.

Малоизвестный факт: даже из нейтральной Швеции на Восточный фронт отправилось около 300 добровольцев. А шведская промышленность исправно снабжала вермахт высококачественной сталью и подшипниками.

Что же такого особенного в России, что заставляло европейские народы забывать о взаимных противоречиях и объединяться? Историки выделяют несколько причин:

Географический фактор. Россия – это огромное пространство с колоссальными ресурсами. Контроль над ними сулил невиданное могущество.

Цивилизационный разрыв. Россия всегда воспринималась как "другая" – не совсем Европа, но и не Азия. Этот образ "чужого" облегчал мобилизацию против нее.

Имперские амбиции. Растущая мощь России пугала европейские элиты, видевшие в ней угрозу сложившемуся балансу сил.

Идеологические различия. Будь то самодержавие XIX века или советский коммунизм XX века – Россия часто предлагала альтернативную модель развития, что воспринималось как вызов.

История учит нас, что попытки объединить Европу для военного противостояния с Россией не только обречены на провал, но и разрушительны для самой Европы. Может быть, пора попробовать объединяться для чего-то более конструктивного?

В конце концов, как показывает опыт последних десятилетий, Европа вполне способна к интеграции без внешнего врага. Экономическое сотрудничество, культурный обмен, совместные научные проекты – вот что действительно объединяет народы, а не походы на Восток.

Правда, есть одна проблема: мирная интеграция – это долго, сложно и не так эффектно. Куда проще объединиться против общего врага. Но, как показывает история, этот путь ведет в никуда. Точнее, ведет-то он обычно до Москвы, а вот обратная дорога почему-то оказывается гораздо длиннее и печальнее.